Прежде всего благодаря своей экономической и политической мощи крупная держава имеет несравненно больше возможностей для установления доминирующего влияния на мировых рынках. Это обеспечивает ей успешную реализацию продукции и получение определенных дополнительных выгод. Кроме того, наличие большого внутреннего рынка стимулирует организацию крупномасштабного, массового производства со всеми вытекающими из этого преимуществами.

Речь идет о постепенном устранении неэффективных и развитии новых и новейдцатипятилетие послевоенного периода он нарастал достаточно быстрыми темпами. В результате доля малых стран в мировом капиталистическом вывозе выросла более чем на 50 % (с 13,9 % в 1950 г. до 19,4 % в 1973 г.). Примечательно, что показатели первой группы малых стран улучшались более существенно (с 12,3 до 17,3%). Они, собственно, и обеспечили основной прирост по всем малым странам.

Укрепление этих тенденций не совпадает с интересами проведения под руководством США единой стратегии капиталистических стран в борьбе против социализма. Поэтому правящие круги США пытаются изыскать средства усиления военно-политической зависимости малых партнеров, среди которых центральное место занимают планы размещения на территории западноевропейских стран новых американских ракет—«Першинг-2» и «Томагавк».

В совместном заявлении руководящих партийных и государственных деятелей НРБ, ВНР, ГДР, ПНР, СРР, СССР и ЧССР, принятом 28 июня 1983 г. в Москве,— участники встречи будут и впредь развивать свои отношения с другими государствами на основе мирного сосуществования». Социалистические государства призвали европейские страны «сделать все необходимое, чтобы отвести ядерную угрозу от Европы, превратить Европу в континент мира, свободный от ядерного оружия как средней дальности, так и тактического, в континент, где все государства сотрудничали бы на основе полного равноправия и взаимного уважения, в интересах прогресса и благосостояния своих народов, спокойствия, взаимопонимания и безопасности в Европе и во всем мире» '.

Возможностей проводить более активный и самостоя-< тельный курс на мировой арене, продиктованный заботой о подлинных национальных интересах их народов, у ма-< лых западноевропейских государств вполне достаточно. Это относится как к нейтральным и неприсоединившимся странам, так и к государствам — членам НАТО, хотя последние испытывают на себе сдерживающее влияние политического курса США и других империалистических держав блока.

Точка зрения С. Кузнеца, что малыми странами следует считать все государства с населением менее 10 млн. человек, не разделяется другими представителями этого направления. Большинство высказывается за более высокий показатель — 15 млн. человек . Подобные критерии при классификации стран встречаются чаще всего; они в наибольшей степени доступны и, главное, поддаются учету. Однако нельзя не видеть их определенную историческую обусловленность.

Освоение необжитых районов, например, заметно расширяет действительные размеры территории, используемой страной. Второе направление при определении понятия малой страны за основу берет экономические показатели — размеры внутреннего рынка, валового внутреннего продукта, уровень национального дохода на душу населения и даже уровень использования естественного потенциала страны. Этой точки зрения придерживаются американские экономисты С.

Эдварде предлагает брать размеры валового внутреннего продукта. Эта точка зрения представляет безусловный интерес и позволяет довольно четко дать классификацию государств по группам. Однако подобный принцип также содержит ряд весьма существенных изъянов. Прежде всего при такой группировке многие, несомненно крупные, развивающиеся государства (Бразилия, Индия, Мексика, Индонезия и др.) окажутся среди малых стран, поскольку величина их валового внутреннего продукта еще относительно невелика *.

К малым государствам он предлагает относить все страны, размеры экономики которых «не обеспечивают полной загрузки даже одного самого эффективного предприятия в стране» . Введение такого критерия, однако, представляет большую сложность в связи с необычайными трудностями в подсчетах. Определение оптимальных размеров рентабельного производства зависит от множества показателей: различные отрасли промышленности, национальные особенности экономического развития и пр.

При многообразии определений понятия малой страны нам представляется несомненным, что решающее значение имеют территориально-демографические, экономические и политические факторы. Комплексное использование их позволит провести классификацию по группам. При выполнении такой работы неизбежно возникнут сложности, связанные с невозмояшостыо одновременного учета всех факторов, с разночтением их основных показателей и т.

). Обладание такими преимуществами создает благоприятные, предпочтительные условия для индустриального развития. Однако преимущества в наличии естественных богатств никогда не действуют слишком долго, главным образом в результате стремительного роста и изменения структуры общественных потребностей и технологии производства. Поэтому хозяйственные успехи или неудачи каждой страны зависят в значительной мере от того, удается ли ей занять наиболее выгодные позиции в системе международного капиталистического разделения труда.

Наконец, третий тип специализации, отчетливо проявившийся лишь в послевоенный период, означает ориентацию экономического развития страны на производство таких видов промышленных изделий, которые требуют высокой степени обработки. Выбор доминирующих отраслей, как правило, непосредственно не связан с использованием благоприятных природных условий или географического положения страны. Новый тип специализации основан в большей степени на преимуществах, которые возникают у производителей в результате технических нововведений, организации на этой базе серийного производства (в отдельных случаях производства но индивидуальным заказам, приобретающим иногда уникальный характер).

Почему малая страна делает больший акцент на специализации своей экономики, чем любая крупная дер-я?ава? Первая причина связана с тем, что естественные богатства в мире распределяются крайне неравномерно. Малые размеры территории обусловливают ограниченность и отсутствие разнообразия природных богатств/ При специализированном развитии создаются возможности более полного использования имеющихся ресурсов.

в первой группе средний показатель составлял 36 % 6, а во второй — 32 %) . Однако этот разрыв сокращается и будет сокращаться, если сохранятся тенденции, наметившиеся в 70-х годах (в 1970 г. этот разрыв был более значительным: 39,5 и 33 % соответственно) . Более заметны различия в структурных показателях двух групп малых стран по доле сельского хозяйства в формировании валового внутреннего продукта (у первой группы в 1980 г.

Такой акцент в развитии наступает, как правило, в тех странах, которые добились наивысших показателей в индустриализации хозяйства. Доля промышленности начинает сокращаться, возрастают инвестиции для создания оборудования, машин и инструментов, обеспечивающих высокую результативность научных исследований, организации руководства производственными процессами, образования. В специальном долгосрочном прогнозе Института социальных и экономических проблем в Женеве отмечалось, в частности, что в течение ближайших 20 лет общая сумма инвестиций в экономику Швейцарии превысит итоговый показатель за последние 100 лет индустриального развития.

Такими отраслями являются в основном машиностроение и химия. Как правило, в странах, где на эти отрасли приходится больший удельный вес промышленного производства, достигнут более высокий уровень валового внутреннего продукта на душу населения. Характеризуя такое направление в хозяйственной жизни Швейцарии, М. Унгерер в своей книге «Швейцария — финансовый центр» отмечал, что в ближайшее время, очевидно, усилится «процесс прощания с производственными мощностями страны», поскольку страна все более превращается в своеобразный «центр исследовательских лабораторий и школ менеджеров» (Ungerer М, Finanzplatz Schweiz.

Особое место занимает Испания; доля машиностроения здесь активно возрастала, поскольку относительно быстрые темпы индустриализации и достаточно значительные размеры внутреннего рынка обеспечивали загрузку предприятий этой отрасли промышленности. Удельный вес химической продукции в стоимости обрабатывающей промышленности также до известной степени свидетельствует об общем уровне экономического развития страны, хотя и в меньшей степени, чем соответ- Следует отметить, что в крупных капиталистических странах во второй половине 70-х годов также отмечалось замедление роста удельного веса машиностроения в стоимости продукции обрабатывающей промышленности.

Темпы прироста продукции в этой отрасли резко сократились (в Западной Европе в 1960—1970 гг. средний ежегодный прирост составлял 9,1%, в 1970—1975 гг.— 3,2%) 10. Аналогичные тенденции развивались и в большинстве малых стран, хотя в некоторых по-прежнему сохранились высокие темпы (в Греции— 12,67о, в Испании — 4,9% и т. д.). В этих условиях усилился процесс дальнейшей специализации отдельных стран на производстве определенных видов химической продукции.

Подавляющая часть датского сельскохозяйственного и промышленного экспорта концентрируется по этим же направлениям (Англия, ФРГ). Цветная металлургия, целлюлозно-бумажная и лесообрабатывающая промышленность Норвегии и Финляндии также экспортируют преимущественно на западноевропейские рынки. Существует тесное переплетение капиталов компаний малых стран этой группы и ведущих промышленных объединений западноевропейского региона.

С аналогичной проблемой столкнулась в 80-е годы и норвежская экономика, поскольку период относительно быстрых темпов хозяйственного роста этой страны явно подошел к концу. Характерно, что до начала 70-х годов экономика Норвегии развивалась низкими темпами, значительно уступая среднему показателю по всем промыш-ленно развитым капиталистическим странам — в 1970 г. 145 и 150 пунктов соответственно (1963 г.

Если в условиях относительно высокой экономической конъюнктуры какая-либо малая страна оказывается не в состоянии сохранить и укрепить свои позиции в системе международного разделения труда, то, следовательно, ее специализация имеет какие-то коренные пороки. Такие недостатки выявлялись прежде всего в структуре экономики Бельгии, хозяйственное развитие которой во второй половине 70-х годов характеризовалось спадами и застоями.

Естественным результатом хронического дефицита государственного бюджета стало увеличение государственного долга, темпы прироста которого в большинстве малых стран в 70-х годах значительно возросли (см. табл. 18). Размещение государственной задолженности в кредитной системе создавало предпосылки для последующей эмиссии платежных средств сверх потребностей товарооборота. Некоторое представление о масштабах инфляционного разбухания платежного оборота дает сопоставление данных о темпах увеличения денежной массы и динамика реального экономического роста.

В 70-х годах наиболее быстрыми темпами росли цены в малых государствах среднего уровня развития (Греции, Испании, Португалии, Ирландии). Характерная для этой группы государств более высокая, чем в группе высокоразвитых малых стран, динамика хозяйственного развития, несомненно, создавала благоприятную питательную среду для существования инфляционных явлений. Большая интенсивность инфляционного процесса в немалой степени связана с присущей этим странам социальной и экономической структурной отсталостью, относительно невысоким уровнем производительности труда, неразвитостью промышленной и социальной инфраструктуры, низкой степенью удовлетворения потребностей некоторых слоев населения.

Результатом становилось быстрое вздорожание цен на соответствующие виды товаров и услуг, возникновение спекуляции на их повышении и последующее общее возрастание уровня цен. Однако даже беглый анализ данных, приводимых в табл. 18, показывает, что объяснение значительных меж-страновых различий в картине инфляционного процесса во всей группе малых западноевропейских стран не исчерпывается их сопоставлением по уровню хозяйственной активности.

Особенно слабо зависимость меяеду темпами экономического развития и размахом инфляции проявилась в хозяйстве высокоразвитых малых стран. Например, в Швеции, где валовой внутренний продукт увеличивался в 1971 — 1977 гг. в среднем всего лишь на 1,2 % в год, темпы прироста индекса цен ВВП составили в 1971—1978 гг. 9,G % (весьма высокие для группы высокоразвитых малых государств). Быстро росли цены в Дании и Финляндии, хозяйственная активность которых находилась на среднем для данной группы государств уровне.

По-разному иа малых странах сказались последствия кризисных явлений в валютной системе капитализма и потрясений в сфере мировых цен. Переплетение всех этих причин в едином процессе движения цен вверх, их тесная связь с множеством прочих параметров социально-экономического и политического развития каждой страны весьма затрудняют ответ на вопрос, почему темпы инфляции в одной малой стране так сильно отличались от темпов инфляции в другой, сходной с ней по важнейшим показателям экономического развития.

Также относительно велики были военные расходы в Греции. В малых южноевропейских странах в целом были более высокие, чем в высокоразвитых малых государствах, дефициты госбюджета. Так, в Португалии они достигали 13-14% ВВП. Хроническая несбалансированность государствен пых финансов в немалой мере связана с низкой эффективностью системы налогообложения личных (особенно крупных) доходов и широко распространенной практикой уклонения от уплаты налогов .

Доля государственного и личного потребления в ВВП стран среднего уровня развития, и в частности стран Южной Европы, существенно превышала величину аналогичного показателя почти для всех высокоразвитых малых государств . Относительно отсталая экономическая структура этих стран, характеризующаяся большим удельным весом ийз-коэффективного мелкотоварного производства, располагала ограниченными возможностями для быстрого расширения выпуска продукции и удовлетворения растущего спроса.

д.). Именно в этих отраслях экономики стран Южной Европы были отмечены наиболее высокие темпы роста цен. Спекулятивный ажиотаж, часто зарождавшийся в сфере нематериального производства, отвлекал средства у промышленности, замедляя таким образом темпы обновления основного капитала. Большие суммы в этих странах вкладывались в различного рода посредническую торгово-финан-совую деятельность, которая приобрела гипертрофированные размеры.

Для норвеяадкой экономики в 70-х годах был характерен очень высокий уровень инвестиций, достигавший почти 37 % валового внутреннего продукта. Вероятно, именно этими причинами, а не только ростом цен на нефть на мировых рынках объясняется заметное ускорение темпов инфляции в Норвегии в конце 70-х — начале 80-х годов. Представляется, что структурные факторы обусловили также относительно умеренные темпы инфляции в экономике Бельгии и Нидерландов.

Несмотря на то что спрос со стороны государства в Бельгии в 70-х годах был больше, чем в других высокоразвитых малых странах (дефицит государственного бюджета в Бельгии составлял от 2 до 6 % ВВП), ему, видимо, не удалось изменить неблагоприятную конъюнктуру рынка. Во многом аналогичными причинами, связанными со слабым спросом за границей на продукцию многих отраслей голландской промышленности, объясняется характер развития инфляционных явлений в экономике Нидерландов.

Швейцария является крупным международным валютно-финаисовым центром, а швейцарский франк пользуется репутацией одной из наиболее «надежных валют». Это послужило причиной устойчивого повышения курса швейцарской валюты, что в конечном счете обусловило более низкие темпы роста экспортных и импортных цен в Швейцарии, чем в других странах. На уникальность «швейцарского эксперимента» по борьбе с инфляцией обратили внимание эксперты ОЭСР, которые в одном из обзоров, посвященных швейцарской экономике, писали: «Условия, которые обеспечили Швейцарии успех в борьбе с инфляцией, столь специфичны для нее, что швейцарский опыт вряд ли может быть применен в других странах Запада» 40.

д. 1 Учтены данные, охватывающие 60 % показателей деятельности объединенных англо-голландских групп 50% показателей объединенного голландско-западногерманского концерна (в 1BS3 г. он прекратил свое существование). Рассчитано по: Fortune, 23.VIII. 1982, р. 183—190. г. доля в оборотах и занятых составляла в 1981 г. соответственно 85,2 и 92,7 %). Наиболее обширно в списке промышленных гигантов представлены международные монополии двух стран: Нидерландов (восемь компаний с оборотом 104,3 млрд.

долл.). Правда, характеризуя уровень концентрации капитала в промышленности этих малых высокоразвитых стран Западной Европы, необходимо иметь в виду, что зарубежные инвестиции для большинства их корпораций имеют решающее значение. Например, у шести крупнейших швейцарских компаний' соотношение рабочей силы, занятой на отечественных и заграничных предприятиях, составляет 1 :4,5. У «большой пятерки» шведских и «шестерки» голландских промышленных компаний на заграничных предприятиях также занято значительно больше персонала, чем на отечественных.

Внутренний рынок относительно узок, чтобы обеспечить производство в крупных масштабах. Усиление процесса специализации экономики малых высокоразвитых стран ведет к увеличению удельного веса в общей стоимости промышленного производства специализированной продукции. Это в свою очередь обусловливает усиление процесса концентрации производства и капитала. Не случайно поэтому среди крупнейших промышленных компаний малых стран решающие позиции занимают монополии, специализирующиеся на производстве нефтехимической и фармацевтической продукции (около 40—42 % оборотов) и различных изделий машиностроения, включая электротехнику и электронику (28-30%).

е. создания собственных промышленных, сбытовых, научно-исследовательских и прочих обществ) мояшо считать в век специализации производства, вероятно, самым иррациональным звеном в структуре современных крупных монополий. «Деятельность крупных концернов представляет опасность не потому, что они огромны, а потому, что они как организации не приспособлены для рационального обеспечения дальнейших потребностей современного человечества» й,— отмечает по этому поводу английский исследователь Г.

По этому показателю рассматриваемая группа малых стран также занимает вполне определенное место в системе международного разделения труда. Среди крупнейших банков малых стран широко представлены ведущие банковские объединения и второй группы (в 1973 г. — 22 %, в 1982 г. - 21,3 %). При этом речь идет не только о банковских монополиях Испании (девять банков — активы 138,1 млрд. долл.), которые по масштабам деятельности соответствуют показателям банковских операций первой четверки стран.

В последние годы все большая роль в решении этих проблем отводится общенациональным союзам предпринимателей. 3. Роль предпринимательских союзов Предпринимательские союзы в условиях развитой системы государственно-монополистического капитализма малых стран призваны выполнять многие важнейшие функции в экономической и социально-политической жизни буржуазного общества. Можно выделить несколько основных направлений их деятельности.

Швейцария значительно позже других западноевропейских стран вступила в стадию государственно-монополистического регулирования хозяйства. Главная причина — относительно устойчивая послевоенная экономическая конъюнктура, которая позволила буржуазии обходиться без государственной помощи. Лишь в середине 70-х годов стало очевидно, что механизм частномонополистического регулирования не в состоянии справиться с растущими экономическими трудностями.

Государству также принадлежат пакеты акций в ряде смешанных фирм. В Нидерландах в конце 40-х — начале 50-х годов представители монополистического капитала обладали достаточно сильными позициями, чтобы не допустить большого влияния государства в обрабатывающей промышленности. Такое соотношение сил нашло отражение в государственной экономической программе «Первый меморандум об индустриализации» (1949 г.

В дореволюционной Португалии государство полностью контролировало и на 75 % осуществляло капиталовложения в производство электроэнергии, газо- и водоснабжение, почти 75 % капиталовложений в транспорт и 100 % — в связь. После национализации в его собственность перешли все компании электроэнергетики, газо- и водоснабжения, а также железные дороги и крупнейшие предприятия морского и авиационного транспорта, па долю которых приходится 76 % общего объема операций транспорта и связи; государство осуществляет свыше 96 % валовых капиталовложений в эту отрасль 10.

Аналогичная ситуация характерна и для стран второй группы. Нидерландская компания ДСМ находится на 49-м месте в списке 500 крупнейших неамериканских промышленных компаний. В число этих компаний входят также шведские «Статсфёретаг», «Свенскт столь» и «Свен-ска варв», норвежский полугосударственный концерн «Ношк гидро» и компания «Статойл», бельгийская фирма «Коккериль — Самбр» (см. табл. 25). Отличие состоит в том, что эти компании не занимают столь бесспорно лидирующих позиций в своих странах, хотя также принадлежат к числу крупных.

, но и постоянно были па 6—13 пунктов ниже его13. В результате компания имеет возможность продавать по заниженным ценам свою продукцию частным машиностроительным фирмам, оказывая тем самым определенное воздействие на уровень издержек в машиностроении. В середине 60-х годов правительство Нидерландов, опираясь на государственную газодобывающую промышленность, приступило к осуществлению рационализации производства.

=—компанию по переработке и сбыту нефтепродуктов «Ношк олье», которой и была передана распределительная сеть «Бритиш петролеум», выкупленная у англичан. Поворот к мерам структурного регулирования, который возник в условиях кризисной ситуации середины 70-х годов, повлек за собой укрепление государственного предпринимательства и опору на него как на важнейший инструмент структурных преобразований. Этот сложный процесс происходил в различных странах неодинаково в зависимости от глубины кризиса и характера экономической политики государства.

Прямое субсидирование отсталых районов составляло около 10 % общей суммы бюджетных расходов. В Дании прямо или косвенно субсидировались жилищное строительство и сельское хозяйство. Поддержание за счет бюджета малоконкурентоспособных отраслей считалось нецелесообразным. С наступлением мирового экономического кризиса 1974—1975 гг. выяснилось, однако, что своими успехами эта система мер была обязана прежде всего высокой мирохозяйственной конъюнктуре.

С наступлением кризиса 1974—1975 гг. центральные банки этих стран приложили большие усилия к установлению контроля над использованием иностранных кредитов (играющих большую роль в их экономике), что было ваяшо ввиду повышенной уязвимости их платежных ба- В соответствии с законом 1975 г. создан фонд в размере 500 млн. фр., рассчитанный на предоставление льготных долгосрочных (до 30 лет) кредитов. В 1978—1979 гг.

Так, осуществленная Австрией в 1970—1971 гг. «привязка» шиллинга к западногерманской марке (с повышением его курса) помогла сравнительно успешно справиться с инфляцией; но оказалось, что эта мера накладывает жесткие ограничения па деятельность государственных регулирующих органов, требуя синхронного следования ритму цен и издержек в ФРГ. Более благоприятная динамика западногерманских показателей после 1970 г.

В целом, однако, система государственно-монополистического регулирования в малых странах, как и в крупнейших странах капитализма, обнаруяшла в период кризиса 1974—1975 гг. и последовавшей за ним депрессии неспособность справиться с изменившейся обстанов- Пионером в этой области выступила Швеция. В октябре 1977 г. была принята программа, содержавшая меры по расширению сети профессионального обучения и значительно увеличившая субсидии на эти цели, в том числе частному сектору.

Практически во всех малых государствах с активным внедрением программирования в хозяйственную практику разработаны системы финансовых рычагов воздействия на частный бизнес, включающие кредиты, преференциальную налоговую политику, субсидирование, низкие цены на продукцию государственных предприятий в добывающей и энергетической промышленности и т. п. Повсеместно в этой группе стран получило широкое распростраиенне использование указанных мероприятий в целях обеспечения основных наметок региональных, сельскохозяйственных программ, улучшения положения так называемых старых, больных отраслей (судостроение, легкая промышленность, черная металлургия) либо стимулирования передовых новейших производств (электроника, биотехнология и т.

Любая отрасль экономики в условиях малой страны может развиваться успешно лишь при учете потребностей внешних рынков. Более того, активное развитие внешнеэкономических связей создает для малых стран благоприятные предпосылки для преодоления относительной узости внутреннего рынка. Размеры внутреннего рынка, которые оказывают решающее влияние на масштабы производства, а следовательно, и на его эффективность, перестают иметь важное значение в связи с возможностью реализации продукции на внешних рынках.